Врио главы Южной Осетии — россиянин — приступил к обязанностям, проведя проверки и пообещав погасить долги
Исполняющий обязанности президента самопровозглашенной республики Южная Осетия, назначенный несколько дней назад, начал работу с публичных проверок и заявлений. Он посетил пропускной пункт Нижний Зарамаг на границе с Северной Осетией, раскритиковал работу таможенников и потребовал ускорить процедуру прохождения границы.
На следующий день в здании правительства республики он встретился с дорожными рабочими, которым в течение девяти месяцев не выплачивают зарплату. Новое руководство поручило ответственным ведомствам незамедлительно разобраться в ситуации, установить причины задолженности и представить конкретные решения по ее погашению, взяв ситуацию под личный контроль.
Назначенец стал первым уроженцем России, возглавившим эту непризнанную республику: он родился в Северной Осетии, учился в Академии народного хозяйства, работал в федеральных органах и в научно‑исследовательских институтах. Ранее занимал пост заместителя министра образования, затем перешел в крупный научный центр, где был заместителем директора, а позже и директором. В начале июня этого года он был назначен главой правительства Южной Осетии и теперь фактически руководит республикой как минимум до досрочных президентских выборов.
Своё видение назначению дал сотрудник Каспийского политического центра в Вашингтоне Николас Кастильо:
«В данный момент в Южной Осетии нет кого‑то, кто мог бы или захотел бы бросить вызов назначенцу. Если только туда не направят другого россиянина, именно он станет ключевой фигурой на местном уровне. Для России формализация контроля над Южной Осетией хорошо вписывается в общий экспансионистский вектор внешней политики, усилившийся после 2022 года. Кремль предпринимает целенаправленные усилия по установлению более жесткого экономического и политического контроля над Абхазией и Южной Осетией, и это устойчивая тенденция.»
Глава регионального офиса фонда Фридриха Эберта на Южном Кавказе Марсель Ретиг также отметил отсутствие конкуренции при назначении и связал это с недоверием к местным элитам:
«Прямой контроль Москвы над институтом президентства в Цхинвали через назначение российского чиновника — беспрецедентный шаг. Это указывает на то, что руководящие решения в регионе готовятся так, что Кремль не готов доверять их местным элитам. Недавний договор об углублении союзничества юридически открыл путь российским чиновникам во власти региона, фактически ликвидировав ценз оседлости. Поскольку в Цхинвали сейчас нет политических фигур, способных или готовых противостоять назначенцу, его инаугурация — вопрос времени.»
Ретиг также подчеркнул, что в условиях затяжной войны и международных санкций роль Южной Осетии для Москвы изменилась: экономический и политический контроль стал важнее, а сохранение влияния на Южном Кавказе усилило внимание к регионам вроде Южной Осетии.
Назначение предшествовало отставке предыдущего лидера на фоне обвинений в растрате средств льготных кредитов. Критики утверждали, что крупные транши из российского бюджета пошли на ограниченное число объектов, тогда как широкие группы населения не получили ожидаемой поддержки.
Ранее сообщалось, что в рамках инвестиционной программы правила получения льготных кредитов были сформулированы так, что местные предприниматели фактически не могли к ним доступа: средства оседали у руководства республики и связанных с ним компаний, что привело к падению уровня жизни, росту цен, увеличению безработицы и оттоку населения.
Федеральный закон о ратификации договора об укреплении союзнического взаимодействия между Россией и Южной Осетией был подписан в мае этого года. Помимо права граждан каждой из сторон работать в органах власти другой стороны и взаимного учета сроков проживания, он предполагает ряд интеграционных мер:
- установление единых требований к предпринимателям
- унификацию трудового, налогового и социального законодательства
- создание единого экономического пространства
- объединение энергетических и транспортных систем
