Арбитражный суд города Москвы удовлетворил иск Банка России к бельгийскому депозитарию Euroclear и присудил компенсацию в размере 18,17 триллиона рублей. Рассмотрение прошло в закрытом режиме по просьбе регулятора.
Требования Центробанка
Банк России в иске утверждал о значительных убытках из‑за санкционной блокировки суверенных резервов и потребовал возмещений, включая сумму замороженных средств, стоимость заблокированных ценных бумаг и предполагаемую упущенную выгоду.
Позиция Euroclear и апелляция
Представители Euroclear заявили о нарушении права на справедливое рассмотрение и намерены обжаловать решение. Юристы указывают, что приоритетом остаётся подтверждение вердикта апелляционной инстанцией, прежде чем решение вступит в силу.
Юридические и практические ограничения исполнения
Эксперты подчёркивают, что исполнение постановления осложнено: Euroclear действует по бельгийскому праву, а существенные российские активы размещены на специальных счетах типа C, на которые наложены ограничения указами президента. Обращение взыскания на такие счета по решениям, вынесенным после 3 января 2024 года, запрещено.
Многие частные инвесторы не успели реализовать иски к Euroclear до вступления запрета в силу, поэтому практическая реализация нынешнего решения вызывает серьёзные вопросы.
- Исполнение решения в дружественных юрисдикциях (ОАЭ, Гонконг, Казахстан) будет затруднено и потребует признания вердикта в местных судах.
- Власти РФ теоретически могут изъять активы со счетов типа C в рамках ответных специальных экономических мер без отдельного решения суда.
- Решение создаёт дополнительное риск‑нагружение для Euroclear и может отразиться на его оценках рисков и операционной деятельности.
Международный контекст и санкции ЕС
Евросоюз в рамках 15‑го и последующих пакетов санкций ввёл запрет на признание и исполнение российских судебных решений на своей территории. Дополнительно расширены механизмы защиты европейских компаний от исков, подаваемых против них в судах третьих стран.
Юристы отмечают, что ЕС будет оказывать давление на третьи юрисдикции, чтобы предотвратить исполнение российского решения в пользу взыскателя.
В сумме решение московского суда усиливает правовое и политическое давление на Euroclear и служит ответной реакцией на попытки изъятия российских суверенных активов за рубежом, однако его практическая реализация сталкивается с существенными правовыми и техническими барьерами.
