Смерти политзаключённых в российских тюрьмах: случаи 2025–2026 годов и вопросы правозащитников

Правозащитники сообщают о нескольких смертях осуждённых по политическим статьям; в ряде эпизодов официальные версии вызывают сомнения из‑за задержек в информировании и проблем с медицинской помощью.

С начала 2026 года правозащитники фиксируют как минимум пять смертей людей, осуждённых по политически мотивированным статьям: художники Александр Доценко и Андрей Акузин, сотрудник оборонного предприятия Роман Сидоркин, блогер Христолюб Веган и бывший шахтёр Олег Тырышкин. О гибели ещё одного заключённого, Романа Тюрина, стало известно в этом году, хотя он скончался в 2025 году. По меньшей мере два случая в 2026 году официально квалифицировали как суицид, но родственники и активисты ставят эти версии под сомнение.

Одна из тюрем в России

По данным правозащитного центра «Мемориал», с начала 2000‑х в местах лишения свободы были зафиксированы десятки смертей людей, преследуемых по политическим мотивам; большинство таких случаев приходится на период после 2022 года. В ряде дел официальные причины гибели — суицид или попытка самоубийства — вызывают вопросы у родственников и правозащитников.

Проповедник и блогер Христолюб Веган

47‑летний проповедник и блогер Христолюб Веган (ранее Дмитрий Кузнецов) был этапирован в колонию в Воронежской области. Родственникам сообщили, что он повесился в камере. Перед этапированием Веган выходил на антивоенные пикеты и заявлял о намерении объявить голодовку; в заранее записанном видео он просил в случае смерти провести независимую экспертизу. Участники группы поддержки и родственники не верят в версию о самоубийстве: они подчёркивают религиозные убеждения Вегана и отмечают, что условия содержания и возможные нарушения вызывают серьёзные вопросы. Семья приняла решение о кремации, отказавшись от независимой экспертизы.

Художник Андрей Акузин

53‑летний художник Андрей Акузин умер в СИЗО Комсомольска‑на‑Амуре; официально это расценивается как суицид. Его близкие отмечают, что Акузин находился в подавленном состоянии, ранее в окружении случались суицидальные эпизоды, и не исключают давления в изоляторе. После ареста он оказался в изоляции без адвоката, а состояние здоровья резко ухудшилось.

Художник Александр Доценко

65‑летний художник Александр Доценко скончался, по официальной версии, от инфаркта. Доценко и его супруга были осуждены за антивоенные листовки. Родственникам сообщили о госпитализации и переводе в искусственную кому спустя несколько дней; семья узнала о смерти не от надзорных органов, а от медиков. Эти обстоятельства вызывают возмущение у группы поддержки.

Сотрудник оборонного предприятия Роман Сидоркин

52‑летний Роман Сидоркин был приговорён к длительному сроку и содержался в учреждении в Курске. В декабре 2025 года у него началась пневмония, лечение не назначалось вовремя: перевод в специализированное учреждение произошёл лишь в январе, а в феврале пневмония была официально диагностирована — через несколько дней Сидоркин умер. Правозащитники и активисты указывают на сообщения о жестоком обращении и на позднее предоставление помощи.

Риэлтор Владимир Осипов

В марте в СИЗО скончался житель подмосковного Дзержинского Владимир Осипов, приговорённый к сроку из‑за публикаций в соцсетях. Родственники сообщали о тяжёлой гипертонической болезни и проблемах с доступом к медицинской помощи, о многочисленных отказах в лечении и об ухудшении состояния после избиения при задержании. Также указывалось на неудовлетворительные условия содержания и задержки в информировании семьи.

Бывший шахтёр Олег Тырышкин

64‑летний Олег Тырышкин из Кузбасса был осуждён по делу об «оправдании терроризма» и содержался в различных учреждениях. Родные сообщали о хронических болезнях, сильной слабости и затруднённом дыхании; во время апелляции он жаловался на плохое самочувствие, но сотрудники СИЗО и суд расценивали это как симуляцию. Детали его состояния и причин смерти долго оставались непубличными.

Правозащитники отмечают повторяющиеся проблемы: задержки в информировании родственников, сомнения в достоверности официальных версий, недостаток или запоздалое предоставление медицинской помощи и сообщения о плохих условиях содержания. По их мнению, это требует тщательного и независимого расследования каждой смерти.